«Спортивная-2», судя по всему, станет символом объекта, который так спешили открыть к праздничной дате, что потом насмешили весь город. Крыши входных павильонов текут и накрыты полиэтиленом. Между стеклами зачем-то оставили зазор, который пришлось спешно заклеить скотчем. Два эскалатора уже сломались. На набережной Невы установили пять вентиляционных киосков разного размера, напоминающих то ли зиккураты, то ли грибки с детской площадки.
За пять дней после открытия «Спортивной-2» у петербуржцев накопился уже целый букет претензий к станции. «Фонтанка» систематизировала их и предоставила слово всем участникам процесса. А их несколько. «Ленметрогипротранс» готовил проект. Комитет по развитию транспортной инфраструктуры был заказчиком работ и принимал их. «Метрострой» выступал в качества подрядчика. Наконец, ГУП «Петербургский метрополитен» принимало станцию от КРТИ в эксплуатацию.
Оберни вестибюль скотчем
Существуют четыре выхода со «Спортивной-2». Два расположены на набережной Невы по обе стороны от Тучкова моста. На станцию ведет узкая лестница шириною около 1,5 метров.
Два других находятся на пересечении Кадетской линии и набережной Макарова: один – ближе к Среднему проспекту, другой – ближе к Малому. Через них на «Спортивную-2» будет попадать основная масса пассажиров, поэтому, помимо широкой лестницы, здесь смонтированы два эскалатора. Архитектурно входы оформлены в виде отдельно стоящих остекленных павильонов.
Сейчас эти павильоны больше напоминают декорации для кинофильма, которые делали в ночь накануне съемок – между стеклами оставлен зазор, спешно залепленный скотчем. Скотч также опоясывает станцию в месте примыкания к рамам. Наконец, крыша накрыта полиэтиленом, как какой-нибудь парник. Ветер постоянно треплет полиэтилен, который будто сигнализирует пассажирам: «Станция стоимостью 6,7 миллиарда рублей здесь, иди сюда!»
В комитете по развитию транспортной инфраструктуры «Фонтанке» объяснили, что зазоры между стеклами были предусмотрены проектировщиком. Объяснить природу душа, который в итоге полил с потолка, в пресс-службе ведомства не смогли. Однако собеседник в «Метрострое» на условиях анонимности сообщил: при монтаже кровли были допущены ошибки, стекла неплотно примыкают друг к другу, что и привело к протечкам. В свою очередь, в «Ленметрогипротрансе» не смогли дать четкого объяснения, зачем было проектировать окна с зазором. Особенно с учетом того, что станция находится в Петербурге и на берегу Невы.
Как бы то ни было, но уже после первого же дождя вестибюль залило водой, и все щели пришлось залепить скотчем. Протекла и стеклянная крыша, поэтому ее спешно накрыли таким инновационным материалом, как полиэтилен.
Более того: судя по фотографиям, полиэтилен растянули на крыше еще в день открытия. Чиновников и строителей можно понять: если бы на делегацию руководителей города, которые участвовали в торжественной церемонии, полилась вода, они бы сильно удивились.
Недавно, по данным "Фонтанки", состоялось специальное совещание с участием представителей комитета, подрядчика и проектировщика. Серьезные взрослые люди обсудили эту анекдотичную ситуацию и выдвинули рацпредложение – залепить все щели силиконовыми вставками.
Немецкие эскалаторы залило
Впрочем, о силиконе вспомнили слишком поздно. В настоящее время в каждом павильоне со стороны Кадетской линии работает только один эскалатор – на подъем. Спускаться на станцию приходится по лестнице. В «Петербургском метрополитене» сообщили, что эскалаторы выключены уже три дня из-за проблем с электроникой. «Ждем специалиста из Москвы», – сетуют в подземке. Напомним, что на «Спортивной-2» установлены подъемники немецкой фирмы «ТиссенКрупп», головной российский офис которой расположен в столице.
Источник в эскалаторной службе подземки предполагает: импортные подъемники могло залить водой, после чего электроника и вышла из строя. При этом изначально на рабочих совещаниях представители немецкого концерна якобы обещали, что их технику можно эксплуатировать даже в полуоткрытых пространствах.
Другая претензия горожан к оборудованию от «ТиссенКрупп», скорее, связана с извечным немецким стремлением к порядку. Под Невой в сторону платформы «Спортивной» ведут три нитки горизонтальных эскалаторов – траволаторов. Как уже рассказывала «Фонтанка», после открытия они уже несколько раз останавливались. Выяснилось, что оборудование очень чутко реагирует на любую нештатную ситуацию, даже если пассажир просто из интереса раскачивает поручень. Система принимает это баловство за попадание постороннего предмета и останавливает движение ленты. Теоретически можно снизить чувствительность датчиков, но это может привести к тому, что траволатор не остановится тогда, когда это действительно будет нужно.
Зиккураты? Грибки?
Пассажиров, которые идут по набережной Невы со стороны Малого проспекта, встречает миниатюрная копия древнего города. Здесь стоят пять вентиляционных киосков, которые напоминают зиккураты – культовые сооружения древней Месопотамии. Четыре венткиоска состоят из двух поставленных друг на друга параллелепипедов: нижний – гранитное основание, верхний – решетка вентиляционной шахты. Один киоск выполняет роль Вавилонской башни: у него два каменных параллелепипеда, причем разных цветов. Наконец, в самом конце этого уголка стоит еще небольшой павильон, скрывающий служебный вход на станцию.
«Фонтанка» обратилась в «Ленметрогипротранс» за пояснением, откуда на набережной Невы возник этот древнешумерский уголок. Там объяснили, что требовалось установить две вентиляционные шахты: одна должна нагнетать воздух в подземку, другая, наоборот, вытягивать его. От идеи построить большие традиционные венткиоски отказались: речь идет об исторической набережной, которая находится под охраной КГИОП. То, что получилось в итоге, проектировщики считают более щадящим к окружающей среде. Впрочем, на профильных транспортных форумах объекты уже окрестили «грибками».
«Крупные венткиоски построить не могли, поэтому сделали несколько маленьких. Те, что побольше, нагнетают воздух. Поменьше – забирают его», – объяснил собеседник «Фонтанки».
«Давно не встречал столь острой архитектурной отрыжки. Да, я прекрасно понимаю, что помещения, расположенные под землей, требуют устройства вентиляции и кондиционирования, это нормально. Но возможно сгруппировать, систематизировать и превратить эти сооружения в логичное развитие существующей части городского ландшафта. В противном случае мы имеем то, что имеем: первый план видов со стороны набережной Макарова на Васильевский остров теперь формируют вентиляционные бородавки, хаотично разбросанные по набережной», – написал в редакцию «Фонтанки» возмущенный руководитель архитектурного бюро «Косая линия» Дмитрий Арсеньев.
Прыжок через канализацию
Пандусы для маломобильных групп населения отсутствуют у всех четырех входов. Высота основания кое-где превышает 15 сантиметров. А к павильону, который находится со стороны Малого проспекта, колясочникам можно добраться только после преодоления препятствия в виде длинной ливневой канализации, которая не утоплена в толщу асфальта, а наоборот, почему-то выступает из него. Никакая вода в такую канализацию не уйдет.
![Ливнестоки не заглублены в асфальт](http://www.fontanka.ru/mm/items/2015/6/1/0137/image.jpg)
Ливнестоки не заглублены в асфальт
Автор: Михаил Огнев
Для просмотра в полный размер кликните мышкой
В комитете по развитию транспортной инфраструктуры заявили «Фонтанке», что благоустройство вокруг павильонов еще не завершено, и необходимый асфальт будет уложен в ближайшее время. Впрочем, по данным нашего издания, проект благоустройства территории еще не готов. По этой причине в центре пересечении набережной Макарова и Кадетской линии до сих пор нет разметки, не перенастроены светофоры.
Сохранились и все дорожные ограничения, несмотря на открытие станции. Движение по набережной Макарова на этом участке как было односторонним, так и осталось. Впрочем, автомобилисты даже не протестуют: многим, наверное, уже кажется, что так было всегда.
Двери на высоте
Притчей во языцех стали и двери, расположенные над эскалаторами во входных павильонах. Они повисли на высоте нескольких метров: глядя на них, становится невольно страшно за воображаемого сотрудника метрополитена, который вдруг решится повернуть ручку и выйти. Однако в метрополитене объясняют: эти двери никуда не ведут, за ними находится кабельный щит. Обычно их закрывают от посторонних глаз декоративными панелями, но в этот раз проектировщик решил иначе.
Удивлены пассажиры еще одному факту: после путешествия на траволаторах попадаешь на нижнюю платформу «Спортивной», от которой поезда уходят к «Международной». В сторону «Комендантского проспекта» поезда отходят с верхней платформы. Прямо перед собой пассажир видит три эскалатора, ни один из которых не работает. Приходится идти в центр зала, где с другой стороны есть еще одна лента с работающими подъемниками. В метрополитене говорят, что ближайшая лента отключена в целях экономии.
Однако в день открытия станции, специально для «випов», ее включили. А потом опять поставили на прикол.
Кивают друг на друга
Таким образом, у несуразностей и откровенных недоделок, которые так удивили горожан, есть две причины – странные проектные решения и предпраздничные решения.
Проект прошел через множество согласований – в Главгосэкспертизе, в КГА. Но никого почему-то не удивило решение повесить в воздухе двери или установить на исторической набережной грибницу. Что касается спешки, то, согласно данным сайта госзаказа, «Метрострой» должен был закончить все работы только к концу января 2016 года. Долгое время планировалось, что открытие состоится в августе 2015 года – в День строителя. Однако в августе 2014 года, за месяц до губернаторских выборов, компания дала социалистическое обещание перевыполнить сроки и запустить первых пассажиров 27 мая – в день рождения Петербурга.
Собеседники в «Метрострое» отмечают: многих проблем можно было бы избежать, если бы комитет по развитию транспортной инфраструктуры дал добро на перекладку газопровода на пересечении Макарова и Кадетской в новогодние праздники 2015 года. Однако заказчик не пошел на это, опасаясь гнева горожан. В итоге работы начались только в середине апреля: движение было перекрыто, петербуржцы все равно были недовольны.
«Мы смогли приступить к благоустройству только после перекладки газопровода. 19 мая у нас вокруг станции еще земля лежала, поэтому ливневую канализацию и асфальт укладывали абы как», – поясняет собеседник «Фонтанки» в «Метрострое». А его коллега из метрополитена отмечает: «Спортивная-2» – первая станция, на строительстве которой техническим заказчиком был комитет по развитию транспортной инфраструктуры, а не подземка. «Мы не участвовали в приемке, нам уже все отдали в том состоянии, как есть. Вот теперь и лепим скотч», – отмечает он.
В комитете, в свою очередь, обещают, что подрядчик в рамках гарантии все недоделки исправит.
Андрей Захаров,
«Фонтанка.ру»
P.S.
Процесс спешной сдачи станции описал в своем рассказе «Номенклатурные ботинки» Сергей Довлатов, который работал в бригаде камнерезов на строительстве «Ломоносовской».
«В канун открытия станции мы ночевали под землёй. Нам предстояло вывесить свой злополучный рельеф. А именно — поднять его на талях. Ввести так называемые «пироны». И наконец, залить крепления для прочности эпоксидной смолой.
Поднять такую глыбу на четыре метра от земли довольно сложно. Мы провозились несколько часов. Блоки то и дело заклинивало. Штыри не попадали в отверстия. Цепи скрипели, камень раскачивался. Лихачёв орал:
— Не подходи!..
Наконец, мраморная глыба повисла над землёй. Мы сняли цепи и отошли на почтительное расстояние. Издалека Ломоносов выглядел более прилично.
Цыпин и Лихачёв с облегчением выпили. Потом начали готовить эпоксидную смолу.
Разошлись мы под утро. В час должно было состояться торжественное открытие.
Лихачёв пришёл в тёмно-синем костюме. Цыпин — в замшевой куртке и джинсах. Я и не подозревал, что он щёголь.
Между прочим, оба были трезвые. От этого у них даже цвет лица изменился.
Мы спустились под землю. Среди мраморных колонн прогуливались нарядные трезвые работяги. Хотя карманы у многих заметно оттопыривались.
Четверо плотников наскоро сколачивали маленькую трибуну. Установить её должны были под нашим рельефом.
Осип Лихачёв понизил голос и сказал мне:
— Есть подозрение, что эпоксидная смола не затвердела. Цыпа бухнул слишком много растворителя. Короче, эта мраморная фига держится на честном слове. Поэтому, когда начнётся митинг, отойди в сторонку. И жену предупреди на будущее.
— Но там же, — говорю, — будет стоять весь цвет Ленинграда! А что, если всё сооружение рухнет?
— Может, оно бы и к лучшему, — вяло сказал бригадир...»